+7(863)296-0-111

Бегалова Светлана Игоревна

Место работы: Арх-Деко
Должность: Директор

Светлана Игоревна Бегалова – директор архитектурного бюро. Она умна и деловита. На жизнь смотрит с оптимизмом, который, впрочем, с каждым годом медленно тает, как арктические льды. К сотрудникам требовательна, но, когда возникает необходимость, всегда готова помочь. В людях ценит способность к творчеству и верность слову. Как говорится, не дал слова – крепись, а дал – держись!

Живет в доме, который сама же и спроектировала – от фундамента до крыши. В свободное время пишет картины маслом в стиле старинных мастеров, которые потом с удовольствием дарит друзьям. Любит путешествовать и общаться с внуками.

Мой старый знакомый, имеющий отношение к архитектуре, отозвался о Бегаловой так: «Умница! Отличный архитектор. И муж у нее был на редкость талантливым человеком. Известный скульптор Давид Бегалов. Его работы до сих пор украшают Ростов, Таганрог и Новочеркасск. Прекрасная творческая семья!»

Оценка зацепила. Захотелось познакомиться, узнать, что Светлана Игоревна за человек. Ведь когда-то и сам думал об архитектурном институте. У меня не случилось, а по проектам Бегаловой возведены десятки жилых и промышленных зданий. Магазины, многоэтажные дома, коттеджи, православные храмы. Последних уже пять. Добрый след в истории родного края.

Помня об этом, ехал на встречу со Светланой Игоревной с легким волнением. Вот и тихая ростовская улочка в центре донской столицы. Многоэтажный дом с двух сторон окруженный небольшими двориками. Архитектурное бюро Светланы Игоревны на первом этаже. Вход отдельный, по металлической лестнице. Рядом - цветочная клумба, придающая дворику некую патриархальность. Отмечаю все это мимоходом, продумывая вопросы, которые задам. А их немало.

Светлана Игоревна сидит в небольшом кабинете. По стенам развешаны эскизы и фотографии спроектированных ею зданий. Что-то уже построено, что-то ждет своего часа. На столе – несколько чертежей, по линиям которых угадываются будущие коттеджи. Именно их в последнее время Бегалова проектирует чаще всего. Светлые, просторные, и обязательно с «изюминкой», отличающей один проект от другого.

Светлана Игоревна поднимается из-за стола навстречу. Она невысока ростом, слегка полновата. Серые глаза смотрят внимательно, изучающе. Волосы густые, светлые, они удивительно идут к ее округлому лицу.

- С чего начнем? – спрашивает с улыбкой.

- С самого начала. Где и когда родились?

- Ну что ж, - на мгновение задумывается, мысленно сбрасывая пласты прожитых лет. – Я безумно люблю город, в котором родилась, и считаю его лучшим городом на земле.

Точка отсчета

Светлана Игоревна родилась 18 февраля 1952 года в Ленинграде. Сюда направили работать ее отца -  Игоря Николаевича Медведева, - окончившего Ростовский инженерно-строительный институт. Шло восстановление непокорившегося фашистам города, и Ленинграду в большом количестве требовались инженеры-строители.

- Папа был родом из Кропоткина, - рассказывает Бегалова. – Там же родилась и мама – Маргарита Александровна.

Мама Светланы Игоревны окончила Ростовский педагогический институт. Училась хорошо, с желанием. Из нее мог получиться хороший учитель химии и биологии. Но судьба распорядилась иначе.  Сначала Маргарита Александровна пошла в декретный отпуск. Потом приохотилась шить женскую одежду. Жила-то молодая семья бедно, а шитье давало неплохой заработок. Особенно, если его качество было на высоте.

- К шитью маму приобщила ее бабушка, - поясняет Бегалова. – Она жила в Подмосковье и обшивала жен генералов. Маме передалось ее мастерство. Сама выдумывала и кроила модели женских платьев, сама воплощала задуманное в жизнь. Бывало так, что к ней приходили клиентки и просили сшить платье, которое сшила для общей знакомой. «Зачем? - удивлялась мама. – Я вам придумаю фасон не хуже. Будете довольны». И действительно, то, что она придумывала, вызывало восхищение. Это были эксклюзивные модели.

Вскоре после рождения дочери Игоря Николаевича призвали на военную службу. В звании лейтенанта направили служить в инженерные войска, строить укрепления на границе с Финляндией. Потом был Таллин, Краснодар, Кишинев. Обычная жизнь военного инженера-строителя. Но для юной Светланы это был драгоценный период познания мира.

- Наверное, именно с той поры я люблю Прибалтику, - рассказывает Бегалова. – Ее широкие песчаные пляжи, стиснутые деревьями узкие дороги, уютные провинциальные городки. Но особенно жадно я впитывала в себя незнакомый тягучий язык, бережно хранимую прибалтийцами культуру. Было что-то завораживающее в этом познании Прибалтики. И это чувство живет во мне до сих пор.  

 

Первый раз в первый класс

В школу Светлана пошла в Краснодаре.

- Ждала этого момента с нетерпением, - рассказывает Бегалова. – Когда мою подружку взяли в первый класс, а мне предложили подождать до следующего года, так как не исполнилось семи лет, у меня случилась истерика. Всегда хотелось быть первой. И вдруг меня не берут. Это же несправедливо! Еле дождалась пока пройдет год. Зато потом набросилась на учебу, как голодный на пищу. На протяжении всех десяти классов была отличницей. Сплоховала лишь в самом конце: по русскому языку и физкультуре получила четверки. Но все равно это была серебряная медаль. Жаль только, что в год нашего выпуска ее отменили.

Первую учительницу Светланы Игоревны звали Ниной Ивановной.

- Закрою глаза и отчетливо вижу ее образ, - говорит Бегалова, -  а вот фамилию забыла (вздыхает). Слишком много времени прошло. Да и вела она у нас уроки только один год. Во втором классе пришла уже другая учительница.

Нина Ивановна была доброй и веселой. Научила первоклашек читать и писать.

 - Это сейчас надо быть профессором, когда идешь в первый класс, - с улыбкой перебрасывает мостик из прошлого в настоящее Светлана Игоревна. - Знать иксы и игреки. А тогда всему учили в школе.

В их классе в том году оказалось много сельских ребят. Большинство мальчиков и девочек не выговаривали букву «г», использовали в своей речи украинские и польские слова.

- Получался какой-то перепутанный язык, - рассказывает Бегалова. - Мне иногда даже жаль было нашу учительницу, пытавшуюся привить ученикам литературную русскую речь. Казалось, что она ставит перед собой невыполнимую задачу. А ведь добилась своего! Уже к концу первого класса изменения стали разительными. И это удивительно. Порой казалось, что от бессилия Нина Ивановна начнет рыдать. Ан, нет, все выдержала и одержала победу. Для меня это стало важным уроком на всю жизнь. Поставила цель – иди к ней не сворачивая. Только упорный добьется успеха. Упорный и терпеливый.

Училась Светлана Игоревна легко, словно играючи. Природа щедро одарила ее способностями.

- Я всегда была активной, - рассказывает о тех годах. - Все мне было интересно. Играла на пианино, пела, танцевала, рисовала, фотографировала. И ведь все успевала. И учиться, и в кружки ходить. Была лидером, заводилой в любой компании, общественницей. И за это в 1963 году меня поощрили путевкой в Артек. Об отдыхе там тогда мечтали едва ли не все дети Советского Союза. Мечтала и я.

Слушаю Светлану Игоревну и пытаюсь представить ее юной и задорной. Вот порхает в танце, весело смеясь, а ее короткие косички с большими белыми бантами в такт музыке разлетаются в стороны, вот сосредоточенно играет на пианино этюд или легкую пьесу. Строгий педагог – женщина в возрасте, многое повидавшая на своем веку – довольно улыбается: «Молодец, Светлана. У тебя определенно есть талант».

Так ли это было на самом деле? Не знаю. Но талант у Светланы Игоревны определенно есть. И не только к музыке

 

Выбор пути

Школьное образование Бегалова заканчивала в Кишиневе. Сюда в очередной раз перевели отца. Он еще раздумывал: продолжать военную карьеру или нет. Был капитаном, а тут предложили подполковничью должность в воинской части на Новой Земле. Неплохая перспектива по тем временам. Но интересы семьи все-таки перевесили преимущества новой должности, и Игорь Николаевич решил уволиться в запас. Как раз подходила пора, когда единственная дочь будет выбирать профессию. Находясь в Кишиневе это сделать все-таки проще.

- И долго решали кем быть?

Вопрос вызвал у нее улыбку.

- Нисколечко. С первого класса знала, что буду архитектором.

- А как же танцы, музыка?

- Добавьте сюда и желание стать парикмахером, возникшее в пятом классе, когда в моду вошли изящные женские прически, - смеется. И в глазах ее появляются озорные лучики, делающие лицо моложе и свежее. – Все это было второстепенным. Мне всегда хотелось проектировать дома, дворцы, интерьеры. И родители это желание активно поддерживали. К тому же папа и сам начинал учиться на архитектурном факультете РИСИ. Только вот расформировали его, когда перешел на третий курс: не хватило профессорского состава. Стал учиться на факультете ПГС – промышленное и гражданское строительство. Но в душе-то остался архитектором! Не раз говорил мне об этом. И это запомнилось.

 

Здравствуй, Ленинград!

Поступать Светлана Игоревна поехала на архитектурный факультет Ленинградского инженерно-строительного института. Была на сто процентов уверена в себе, но не добрала одного балла. За рисунок и черчение ей поставили четверки. Это профилирующие предметы. И устные физику с математикой сдала на хорошо. А нужна была хотя бы одна пятерка. Говорит: «Неопытная была. Согласилась с оценками, а надо было возразить экзаменаторам, ведь и физику, и математику знала отлично».

Трагедия! Дома успокоили: «Ничего страшного. На следующий год поступишь обязательно!»

Год проработала чертежницей в одном из проектных институтов в Кишиневе, и поехала поступать снова. Все повторяется. Рисунок – четыре, черчение – четыре. Физика - четыре… «Нет, - говорит экзаменатору, - я знаю на пять». Он удивился: «Хорошо, тогда еще одна задача и несколько вопросов».

Все решила и ответила. В итоге поставили пятерку. На экзамене по математике то же самое.

А тем временем в Ленинград срочно приехал отец. Как оказалось, когда Светлана вновь получила четверку по черчению, директор НИИ - известный в Молдавии архитектор Анатолий Васильевич Колотовкин - позвонил Игорю Николаевичу: «Срочно езжайте в Ленинград и поддержите Светлану. Ее там засуживают. Она ведь чертит как Бог».

- Папа, успокойся, - улыбнулась отцу дочь, встревоженная его неожиданным приездом. – Все хорошо. Я поступила!

Годы учебы пролетели быстро. Училась легко, с азартом. А все потому что, как утверждает, ей было интересно. Да и способности опять же надо брать в расчет. В институте они проявились в полной мере.

 

Дипломированный архитектор

В 1976 году уже с дипломом вернулась в Кишинев в проектный институт «Молгипрострой». Анатолий Васильевич Колотовкин поздравил со знаменательным событием.

- Ну вот вы и архитектор, - сказал с улыбкой. – И ваше дело теперь творить историю.

В устах мастера короткое напутствие звучало весомо и многозначаще. Не зря ведь говорят: «Можно сжечь сто тонн макулатуры, выбросить изделье пошляка. Но архитектурная халтура, к сожаленью, простоит века».

- Мне, действительно, хотелось громко заявить о себе, - признается Бегалова. - Амбиций было через край. Только вот проектировали мы в нашем институте лишь типовые здания, и каждый отход от ГОСТов строго карался. Где тут себя проявить!

Первый ее проект – микрорайон в городе Бельцы.

- Что это было? – переспрашивает. - Типовые девятиэтажки, магазины, дороги, школа. Все красиво расставила, продумала логистику и передала проект на утверждение. Его приняли и, вполне возможно, реализовали. Только я тот микрорайон не видела. На семейном совете решили переехать в Ростов-на-Дону. И в 1977 году с Кишиневом мы расстались.

 

Своя семья

- В Ростове мне уже не хотелось проектировать кварталы, – с улыбкой признается Светлана Игоревна, - пошла работать в проектный институт «Гипроторг». Он проектировал объекты торговли и общественного питания. Работала там, пока в 1993 году институт не исчез с лица Ростова. До сих пор вспоминаю тот период с ностальгией. В «Гипроторге» у меня появились возможности реализовать некоторые свои архитекторские задумки. И хотя имевшийся тогда набор материалов и технологий не сравнишь с сегодняшним, многие наши объекты оказались удачными.

В тот период Бегалова участвовала в проектировании универмага «Солнышко» на Большой Садовой, пристройки к Дворцу пионеров, создавала интерьеры для ресторанов «Океан» и «Ростов». Но особенно удачным получилось решение интерьера магазина «Три поросенка». Старожилы его отлично помнят, и не раз, наверное, помянули архитектора добрым словом.

В Ростове произошли изменения и в личной жизни Светланы Игоревны. В 1984 году она вышла замуж за скульптора Давида Рубеновича Бегалова.

- Мы познакомилась с Давидом через художника-керамиста Захара Семеновича Левина, - вспоминает Бегалова. -  Левин был координатором прикладного искусства в Художественном фонде. А все заказы на оформление улиц, фасадов и интерьеров тогда шли через Худфонд.

На минуту она замолкает, углубляясь в воспоминания. Лицо становится серьезным, задумчивым. Но вот на губах вновь появляется улыбка.

- Вы знаете, - голос Светланы Игоревны звучит звонче, пронзительнее, -  Давид был удивительным человеком. Маленьким - рост метр пятьдесят, но безумно талантливым. Он тоже получил образование в Ленинграде. Сначала в училище Серова, потом в Мухинском, конкурс в которое был 25 человек на место. Но Давид прошел это сито и стал востребованным скульптором, чьи работы до сих пор украшают наш город.

Левин активно привлекал к работе молодежь. И так получилось, что мы вместе с Давидом сделали ряд проектов. Несколько скульптур, которые сейчас украшают улицу Пушкинскую, созданы при моем участии.

За свой невысокий рост Давид Бегалов не испытывал комплексов. Вел со всеми себя естественно, а иногда и с ноткой превосходства. Светлана ему сразу понравилась, несколько раз предлагал выйти за него замуж. Однако она лишь отшучивалась. Как призналась потом, не хотела иметь в мужьях ни скульптора, ни художника. Думала, что будет счастливее, если свяжет судьбу с каким-нибудь хорошим инженером. Спокойным и работящим. Но Давид настоял, и она уступила.

- Однажды, - вспоминает Бегалова, - он пришел к нам домой и говорит маме: «Маргарита Александровна, когда же вы будете просить моей руки?» Мама рассмеялась: «Я давно замужем». «Хорошо, я согласен на вашу дочь».

Тут Светлана Игоревна замолкает, уходит в себя. Вспоминает ушедшего четыре года назад из жизни мужа. И судя по выражению ее лица, воспоминания доставляют ей радость.

- Он был необычный, - продолжает рассказ. - Практически не ухаживал. Ему было несвойственно дарить цветы и подарки. Он ценил общение. Говорил, что лучший подарок – это доброе слово друга.

 

«Я не бизнесмен…»

Стать бизнесменом Светлана Игоревна не планировала. Она и сейчас всплескивает руками, когда прошу рассказать, как пришла в бизнес.

- Что вы, я не бизнесмен, я - архитектор! И до сих пор люблю заниматься творчеством.

Возможно, так бы и творила, не заботясь о деньгах – ее муж Давид Рубенович хорошо зарабатывал. Однако пришло время перемен. Перестал существовать Советский Союз, изменилось финансирование культуры. И вслед за этим заработки Давида Рубеновича резко упали, а в семье к тому времени уже росли два сына – Рубен и Никита.

После закрытия «Гипроторга» Бегалову пригласил на работу друг их семьи Рубен Казарьян. Он создал свое индивидуальное частное предприятие, в котором Светлану Игоревну назначил главным архитектором. Заказов поначалу было много, но потом началась эпидемия неплатежей. Один заказчик работу не оплатил, другой. В итоге архитектурное бюро Казарьяну пришлось закрыть.

- Правда, человеком он был предусмотрительным и предприимчивым, - рассказывает Бегалова. – Когда почувствовал неладное, переключился на майонез. Организовал его производство здесь, а сбыт - в Москве. И так на майонезе высоко поднялся, что кое-кто из общих знакомых стал называть Рубена «майонезным королем». Я, кстати, не вижу в этом ничего плохого. У человека действительно есть предпринимательский талант.

После Казарьяна работать Светлану Игоревну пригласил Яков Луковский, организовавший фирму «Герда». Он познакомил ее и с Анатолием Киблицким – известным ростовским бизнесменом, хозяином ресторана «Петровский причал».

- Мы восстановили ему «Петровский причал», который был в удручающем состоянии, - вспоминает Бегалова, -  нарисовали еще кучу проектов магазинчиков, колбасных и кондитерских цехов. И так наша работа Анатолию Гавриловичу понравилась, что он сделал меня своим консультантом по архитектуре. В общем, все шло хорошо, но однажды Луковский связался с бандитами и прогорел. «Герда» закрылась, а я вновь осталась без работы. Тогда-то и пришлось всерьез задуматься о собственном архитектурном бюро.

Свое дело

Бегалова умела и хотела работать. Но оказавшись не у дел, предалась размышлениям. Новые реалии российской экономики ее явно не радовали. Хотелось постоянства, уверенности в завтрашнем дне. Неужели все это осталось в прошлом?

Определиться с будущим помог счастливый случай. Главный врач ростовского онкоинститута Юрий Сидоренко предложил Светлане Игоревне спроектировать храм Святого Пантелеимона, который было решено построить на их территории. Она с радостью согласилась. Детали проекта утрясли быстро, согласовали сроки и оплату. А вскоре храм был спроектирован и построен в рекордно короткие сроки.

Поняв, что способна работать самостоятельно, Бегалова в конце 1997 года вступила в Союз архитекторов России (это было обязательным условием для получения лицензии на самостоятельную проектную деятельность), а в 1998 году открыла свое ИП.

- Чтобы начать свое дело, тогда не требовался большой первоначальный капитал, - вспоминает она. - Я начала с листа ватмана и карандаша в углу спальни: там у нас стоял письменный стол. Пригласила к себе работать Грету Семеновну Рубинсон. Очень интересная коллега по «Гипроторгу».  Занималась проектированием водопровода и канализации. Она говорила: «Света, сидеть мы не будем. Если работа не ищет нас, то мы сами ее найдем». И действительно, мы с ней ежедневно ходили искать заказы. В санэпидстанцию, в архитектуру… Куда только не обращались! И постепенно ИП встало на ноги. В первый же год мы получили два с половиной миллиона рублей дохода. Дальше – больше. Ведь мы создали себе имя. И оно стало работать на нас.

Теперь у ИП Бегаловой есть собственный офис в центре Ростова, десяток компьютеров с лицензионными программами, команда талантливых целеустремленных проектировщиков. Ими уже созданы десятки интересных проектов жилых и производственных зданий, придумано множество оригинальных, запоминающихся интерьеров, спроектировано восемь православных храмов. И сегодня, несмотря на спад в экономике, они не сидят без работы. Соотношение «цена-качество» в архитектурном бюро Бегаловой одно из лучших в городе.

- Какими же качествами должен обладать бизнесмен, чтобы стать в России успешным? – заканчивая беседу, спрашиваю Светлану Игоревну. Она задумывается.

- Наверное он должен очень любить свою работу, иметь обширные знания, быть целеустремленным и терпеливым. В России ведь законов понаписали очень много, но работать по ним почти невозможно. Часто один закон не согласуется с другим или не учитывает всех нюансов деятельности, которую регламентирует. Вот и важно не спасовать перед трудностями. Верить в себя и свою звезду. Я тоже однажды в нее поверила и потому вкус к работе и жизни не потеряла до сих пор.

Такая вот формула успеха от Светланы Игоревны Бегаловой. А ее совет, я думаю, пригодится многим начинающим предпринимателям. Особенно, решившим открыть свое архитектурное бюро.

Александр АГАФОНОВ.